“Природа и Охота” 1899.5
XXV очередная выставка Императорского Общества правильной охоты.
Для того, чтобы сохранить вырабатывавшуюся в течение многих лет нашу «русскую легавую», необходимо экспертизе на выставках обращать внимание, как на рабочие части, так равно на типичные устойчивые признаки этой породы и на родословную1.
Четыре года прожил я в Германии, Франции и Англии, посещая выставки и имея знакомство в среде охотников; однако ни разу не пришлось мне встретить легавых по типу подобных «русской», хотя и видел я там серо-крапчатых и даже в подпалинах собак. Так своеобразна современная русская легавая! Правда, примесь английского пойнтера, французского брака и немецкой легавой повлияла на общий вид некоторых легавых, но среди вымесков сохранились прекрасные экземпляры «русской» легавой, особенно в окрасе кофейно-крапчатом в подпалинах, с устойчивыми признаками, передающимися константно потомству.
Чтобы не быть голословным, я указываю на целый ряд известных легавых, перечень которых, я заявляю, далеко не полный. И. И. Сарачева — «Дружок» (IV выставка большая серебряная медаль, г. Касаткина — «Цельба» (V выставка Сарачевская медаль),г. Стессель «Дочь» (X выставка Сарачевская медаль), мать этой «Дочери» известная многим охотникам «Тамара» г. Герасимова, а отец — «Оскар» г. Григорьева. Далее, г. Грачева – «Верный» (IX выставка Сарачевская медаль); — моя «Дина» (XI выставка Сарачевская медаль;— эта «Дина» дочь «Дружка» И. И. Сарачева), г. Сила-Новицкого — «Арфа» (XIII выставка Сарачевская медаль;, г. Раздабарова «Армида (XV выставка Сарачевская медаль), рождена на моей псарне и уступленная мною г. Энгельмейеру «Красотка» (XVII выставка Сарачевская медаль); известные по выставок мои чампионы «Айва», «Норма» и сын «Айвы», и «Каро» – «Калифъ» (XXIII выставка юбилейная большая серебряная медаль). Отец «Калифа» – «Каро» родился в моей охоте от «Дины» дочери «Дружка» И. И. Сарачева и «Оскара» (XI выст. Сарачевская медаль). От «Нормы-чампиона» и «Калифа» подарены мною князю Д. А. Оболенскому «Айда», Б. И. Постникову «Дружок», генералу П. Н. Колесникову «Кадо», доктору П. И. Зорину «Марс», профессору Н. Н. Знаменскому «Диана», и «Линда» Н. П. Белоусову.
На юбилейной выставке Сарачевскую медаль получила «Флера» г. Сафронова, а на XXV выставке «Фрина» г. Бонифатьева.
На Московских охотничьих выставках в отделе легавых не выдаются ни золотые медали, ни призы; чем с одной стороны умаляется значение вполне достойной и пригодной для русских охотников легавой собаки, а с другой стороны игнорируются бывающие на наших выставках и такие расовые легавые, как немецкая, французская и т. д.
Почему же выписанный из-за границы сеттер или пойнтер может быть достойным золотой медали или приза, а привезенная также из-за границы чистокровная немецкая или французская легавая не должна получать этих наград? Ведь как сеттер, пойнтер, так равно и легавая одинаково могут быть кровными собаками!
Без сомнения, лишая наград на выставках можно довести отдел легавых до упадка и таким путем совершенно похоронить нашу легавую, которую однако необходимо было бы беречь и даже поощрять, как главную основу русской подружейной собаки.
Кстати, следует прибавить, что и в отделах пойнтеров и сеттеров бывали иногда собаки вовсе неизвестного происхождения. Также должно знать, что и на Западе прекрасные домашние животные выведены путем скрещивания тех или других пород, а следовательно, и на Западе абсолютно кровных пород нет.
По заявлению гг. охотников примесь пойнтера или французской легавой (брак) к нашей легавой вызвана стремлением несколько ускорить поиск прежней легавой в виду уменьшения количества дичи и изменения условий охоты, а также и с целью выработать подружейную собаку, наиболее пригодную для охоты по лесу и подходящую к климатическим условиям России. Действительно, полевыми качествами современной легавой владельцы не нахвалятся.
Очевидно, нельзя упрекать русских охотников в том, что они когда-то подбавили к своей легавой кровь французского брака или английского пойнтера; тем более, что выведенная таким путем современная легавая уже являет в потомстве признаки установившейся породы.
В самом деле, разве плохо поступили охотники немцы, при мешавши к своей старонемецкой легавой кровь пойнтера и получивши тип облегченной легавой?
А не примешали ли англичане для улучшения своей гончей крови борзой собаки (Фокс-хаунд), или бульдога к борзой? а что такое бультерьер? не есть ли это помесь бульдога с терьером, и не течет ли в некоторых выписанных за последнее время из Англии пойнтерах кровь борзой и даже Фокс-хаунда — гончей собаки?
Очевидно, все дело зиждется на уменье выбрать что именно нужно подмешать для улучшения породы, а также в дальнейшем скрещивании и во времени, необходимом для закрепления признаков известной породы.
Итак, упреки по адресу «русской» современной легавой за отдаленную примесь пойнтера или французской легавой вовсе неосновательны, а стремление отдельных лиц лишить легавую наград на выставках положительно предосудительно.
Во всяком случае надо надеяться, что Императорское Общество размножения охотничьих животных не допустит нанести вред отечественному собакозаводству, и будет способствовать распространению «русской легавой».
Если Совет Общества находит возможным выдавать ежегодно по нескольку золотых медалей в отделе разнопородных комнатных собачек (chiens de luxe), то тем более было бы целесообразно и полезно для «размножения охотничьих животных» назначить выдачу золотых медалей и призов в отделе легавых собак.
Посещая много лет выставки Императорского Общества правильной охоты и состоя на них неоднократно экспертом, я вынес отрадное впечатление, что общий уровень достоинств наших легавых значительно повысился; к тому же и гг. охотники в настоящее время не прибегают к вязке своих легашей с пойнтерами, а стараются держаться производителей наиболее установившегося типа легавой.
Впрочем, должно сознаться, что поддерживать породу этой неоценимой охотничьей собаки очень трудно, а выписать из-за границы пойнтера или сеттера легко; кроме того, контингент московских охотников состоит в большинстве из богатых иностранцев, отсюда и объясняется отчасти такой наплыв иностранных пород подружейных собак.
Однако, несмотря на то, что в последнее время гг. спортсмены заполонили выставки выписными и происходящими от выписных пойнтерами и сеттерами, русская легавая но только не иссякла, но еще более окрепла, благодаря охотникам оставшимся верными своим, доставлявшим в течение многих лет истинное удовольствие, легашам, и вследствие действительной потребности в такой легавой, которая по сравнению с пойнтером бесспорно обладает менее быстрым поиском, меньшею горячностью, меньшею чувствительностью к холоду и сырости, а посему и большею пригодностью для охоты в холодное время и в лесистых местностях России.
Следя внимательно за быстро сменяющимися увлечениями то той, то другой «модной» породой: пойнтером, гордоном, ирландцем, лавераком и т. д., невольно приходишь к убеждению, что ни одна из этих пород вполне не удовлетворяет истинного охотника. Вот почему, казалось бы, необходимым взяться настоятельно за труд и общими усилиями собрать имеющийся материал для поддержания и распространения «русской» легавой, выработавши и точно обозначивши признаки желанного типа современной легавой. Этой породе во следует исчезать, а наоборот она должна, развиваясь, приблизиться к идеалу подружейной собаки, вполне отвечающей требованиям современной охоты в России.
Следуя моде, в прежнее время выписывали гг. спортсмены и фокс-хаундов и стегхаундов и гончих Артуа, с которыми и начали было мешать русскую гончую, но в конце концов гг. охотники снова вернулись к «русской» гончей, как наиболее пригодной и способной потешить душу русского охотника.
К сожалению, стремление к размножению и подмешиванию в России иностранных пород замечается не в одном только собаководстве. Такое же тяготение наблюдается и в коневодстве, где вместо прежнего «Орловского» рысака, гордости Российского коннозаводства, резвого и могучего, возившего громадные экипажи и резво приходившего в первобытных дрожках и по тяжелому грунту к призовому столбу, в настоящее время стали появляться коньки-летунки, без плеч, слабосильные и тонкокостные, иногда даже совершенно забывшие движение правильною, чудною рысью; они способны бегать только в американских облегченных экипажах по гладким, утрамбованным и чуть не отполированным дорожкам.
Некоторыми гг. спортсменами считаются все купленные за границей пойнтера и сеттера безусловно чистокровными, а легавые, ведущиеся в России в течение многих десятков лет называются «вымесками».
Избранные Императорским Обществом правильной охоты эксперты, и среди них действительные знатоки легавой, находили на двадцати пяти очередных выставках русских легавых достойными высших наград. Между тем, вдруг появились лица, ратующие против русской легавой. Большинство этих гг. спортсменов не только лично не охотились с современной легавой, но даже и вовсе не видали её в поле. Какое же основание может быть у подобных собаковедов для осуждения этой прекрасной породы?
С тех пор, как начались охотничьи выставки в Москве, всегда были легавые, увлекавшие своей красотой, прославившиеся полевым досугом и ежегодно, в течение долгого периода времени удостаивавшиеся высших наград: больших серебряных и Сарачевских медалей2.
Этим фактам нельзя не придавать серьезного значения, тем более что личный состав судей на выставках менялся. Неужели в самом деле можно аннулировать мнения нескольких десятков экспертов-охотников, знавших прежних легашей: Пушкинских, Маркловских, Сарачевских и т. д., и видевших современную легавую?
Итак, ясно, что, по крайней мере, в течение 25 лет легавая собака существовала в России и встречается доднесь.
Между тем Л. А. Ланской, имеющий питомник пойнтеров, в «Охотничьей Газете» в No 50 за 1897 г., писал, что у нас легавой не существует, а имеются только вымески и есть необходимость вывести породу легавых, в которой сильно нуждаются русские охотники. К тому он прибавил, что «французский брак не уступает по полевым качествам, а во многом даже превосходит, пойнтеров для русских ружейных охотников». Средством побудить вывести русскую легавую А. А. Ланской предлагает: «отменить выдачу медалей и дипломов на выставках в легавом отделе».
Подобное средство во всяком случае недействительно для привлечения экспонентов и для улучшения и размножения известной породы.
Ведь несомненно, что экспоненты и собакозаводчики интересуются мнением экспертов, которые присуждаемыми наградами выделяют ту или другую собаку, указывают лучших представителей и производителей породы избранного типа.
На XXV очередной выставке Императорского Общества правильной охоты в отделе легавых по каталогу значилось 9 кобелей и 14 сук; из них: «Марс» и «Ида» г. Глебова, как шестимесячные, а также «Веста» г. Бонифатьева, которой оказалось менее года, затем «Доля» г. Масленникова, «Лель» г. Зимина и «Флера» г. Вихера— экспертизе не подвергались.
Большинство выставленных легавых было окраса кофейно-крапчатого с подпалинами и некоторые из них по типу более или менее приближались к так называемым Маркловским; весьма немногие экземпляры являли признаки примеси пойнтера, а также были и подходящие к французским и немецким легавым.
Рост легавых в общем оказался достаточным, хотя были и низкорослые, что, может-быть, произошло вследствие близкого родства, в котором велась порода; отсюда же вероятно зависит и констатированная у некоторых собак бедность костяка.
У многих легавых череп удлиненный, со слабо выраженным соколком и почти без перелома. Излюбленная И. И. Сарачевым горбоносость не исчезла, хотя иногда выражена и очень слабо. Брыли развитые, но не отвислые. Глаз округлой формы и большой, карий и даже часто светло-карий.
Характерное длинное, тонкое ухо «в трубке» с низким поставом сохранилось у весьма многих легавых.
Шея средней длины с развитой мускулатурой; у некоторых легавых — незначительный подгрудок.
Грудь широкая с низким спуском не особенно выпуклых ребер. Спина у кобелей с небольшой напружиной, у сук — прямая. Плечо — косое, умеренно мускулистое. Передние ноги достаточно прямы и иногда совершенно «в струне».
Мускулатура черных мясов не резко выражена. Пазанки короткие и без прибылых пальцев. Лапа — чаще округлая, средняя меледу русачьей и кошачьей.
Пальцы обыкновенно распущены, по иногда и «в полном комке».
Хвост прямой, средней толщины и длины, и лишь у легавых с резко выраженной примесью пойнтера наблюдались очень тонкие пруты.
Волос не короткий, наощупь не особенно грубый, а иногда и совершенно мягкий. По заявлению экспонентов, мягкость волоса у некоторых из выставленных экземпляров стоит в зависимости от кровности породы при изнеженном комнатном содержании.
Разряд кобелей.
«Моряк» О. О. Шишковского, серо-крапчатый с подпалинами и кофейными крупными отметинами, рослый, с сухой типичной головой; линия носа в профиль с небольшой горбиной и с незначительным переломом. Глаз — карий. Ухо — средней длины «в трубке», отлично посажено, тонкое, покрытое коротким и редким волосом; не брыляст.
Шея достаточной длины, мускулистая; спина и крестец удовлетворительны.
Мускулатура плеч умеренно развита, ребро спущено маловато; передние ноги несколько провисли, задние — хороши.
Колодка вообще не по росту, коротка и собака кажется вздернутой на ногах. Лапа округлой формы, пальцы слегка распущены.
Хвост средней толщины, достаточной длины, на ходу немного загибается кверху. Присуждена: малая серебряная медаль.
«Мильтон» А. П. Масленикова получил подтверждение малой серебряной медали; и его, как уже бывшего прежде на юбилейной выставке, я но описываю.
«Оскар» П. Т. Тимофева, кофейно-крапчатый с подпалинами. Голова и ухо довольно типичные, глаз светло-карий, спина несколько растянута. Передние ноги попорчены, вероятно, выкормкой; задние ноги в порядке, лапа не совсем круглая, не кошачья. Хвост прямой, достаточно толст и длинен. В общем «Оскар» являет признаки происхождения от породных производителей. Похвальный отзыв.
«Чоку» Г. Р. Макшеева подтверждена бронзовая медаль, присужденная ему на Юбилейной выставке.
«Трезор» П. А. Розанова кофейно-крапчатый, происхождения неизвестного.
Голова с широким лбом и небольшим переломом. Глаза большие, карие. Ухо — коротковато. Спина удовлетворительна. Грудь широкая с крутым и умеренно спущенным ребром. Зад сравнительно с передом развит бедно. Передние ноги правильны, в задних — незначительная «коровника». Лапа кругловата, «в комке». Хвост средней толщины, с легким загибом при ходьбе. Похвальный отзыв.
«Оскар» В. Е. Шестакова, кофейно-крапчатый с весьма слабыми подпалинами. На Юбилейной выставке «Оскар» получил бронзовую медаль и на XXV выставке подтверждение.
«Том» А. К. Штефко, кофейно-крапчатый с подпалинами, с признаками резко выраженной примеси пойнтера. Голова широкая, во лбу с крутым переломом и высоко посаженным коротким ухом. Глаз большой, круглый, карий. Спина хороша; ребро крутое, спущено маловато. Мускулатура резко выражена и постанов ног правильный; лапа круглая; прут укорочен и тонок. Бронзовая медаль.
Разряд сук.
«Пана» Е. И. Глебова—подтверждение малой серебряной медали и, как уже бывшую на Юбилейной выставке, описывать не буду.
«Армада» Б. Д. Кузнецова, кофейно-крапчатая с неяркими подпалинами, с длинной, красивой головой, с незначительно выраженным соколком и горбоносостью. Глаз светло-карий, ухо достаточной длины, не «в трубке».
Спина правильна, крестец хорошо развит. Грудь широкая, ребро не крутое и порядочно спущено. Плечо — косое, мускулистое, постанов передних и задних ног правильный; лапа округлая со слегка продолговатыми и несколько распущенными пальцами. Хвост в окороть и кажется очень толстым. Бронзовая медаль.
«Леди» А. Ф. Ланг, кофейно-крапчатая, с крупными кофейными отметинами, роста — небольшого, с прекрасной головой и карим глазом. Ухо средней длины, не «в трубке». Шея мускулистая с легким выгибом ниже затылка и небольшим подгрудком. Спина хороша, ребро коротковато, ноги мускулистые; сухие и постанов их совершенно правильный. Лапа — округлая, по не кошачья и «в полном комке». Прут слишком тонок. «Леди» достойна бронзовой медали.
«Фрина» Н. В. Бопифатьева, типичного для Маркловских легавых серо-крапчатого с подпалинами окраса; роста среднего, очень сухая и с прекрасной головой. Незначительная горбоносость. Глаз большой, кругловатый, светло-карий; веки не отвислы, не брыляста. Ухо тонкое, средней длины, не совсем «в трубке», отлично посажено. Шея пропорциональной длины и мускулатуры. Спина прямая, крестец хорошо развит; ребра умеренно выпуклые, спущены достаточно. Плечи косые.
Передние ноги весьма немного в размете. Постанов задних ног совершенно правильный, мускулатура черных мясов умеренна. Лапа не совсем круглая, пальцы не распущены. Хвост средней толщины, в меру длинен и держится вполне правильно. Волос не короткий, мягкий, па ушах почти совсем отсутствует. Эта сука имеет вообще вид расовой собаки, но выставлена со щенками, в худом теле. Я присудил «Фрине» малую серебряную и Сарачевскую медали, находя, что она как по окрасу, так равно и по сложке лучшая из подвергавшихся экспертизе на этой выставке собак и несколько напоминает тип так назывемых Маркловок. При умелом подборе «Фрина» может дать прекрасное потомство.
«Прима» В. Л. Мелодинского, кофейно-крапчатая с темными подпалинами, весьма малого роста, несколько тонкокостна, но сложена правильно. По голове и общему виду приближается к типу французского «брака». Похвальный отзыв.
«Флора» И. А. Шидловского, кофейно-крапчатая с подпалинами. Голова сыра, ухо толстовато, короткое. Спина хороша, ребро спущено достаточно; грудь и плечи развиты; мускулатура зада бедна, ноги удовлетворительны. Хвост достаточной длины и толщины, прямой. Волос на ощупь не особенно грубый, не короткий. Похвальный отзыв.
«Юно» Н. В. Вонифатьева, кофейно-крапчатая, в типе улучшенной немецкой легавой. Голова во лбу широкая, морда спереди несколько притуплена, переносица прямая, есть горбоносость. Глаз средней величины, карий; ухо толстое, кругловатое, средней длины, высокопоставленное, прилегающее к голове в виде лопуха. Шея средней длины и мускулатуры. Грудь глубокая, ребра довольно плоские. Спина слегка провисла. Передние и задние ноги правильны; лапа не кошачья, а несколько удлиненной формы; пальцы не распущены. Хвост прямой, не тонок и умеренно длинен. Волос грубоват, не короткий, густой. Сука эта пометала только 4 дня тому назад и выставлена не в особом порядке. Бронзовая медаль.
«Нелли» В. Ф. Мейен, кофейно-крапчатая с подпалинами. На прежней выставке она получила малую серебряную медаль, чего вполне достойна; тогда же было делано и её подробное описание. На этот раз я скажу только, что за последний год «Нелли» значительно изменилась к худшему, кажется устарелою и экспонирована не в надлежащем виде.
Остальные из выставленных легавых не получили вовсе награды.
В заключение я позволю себе заявить, что избранная Ружейным отделом Императорского Общества правильной охоты комиссия, членом которой и я имею удовольствие состоять, в недалеком будущем определит породность «русской» легавой со всеми установившимися признаками, и тем укажет тип, которого следует держаться, применяясь к условиям современной охоты.
Своим сообщением я вовсе не стремлюсь полемизировать, но, ввиду предстоящих занятий вышеупомянутой комиссии, я лишь высказываю свой взгляд на современную легавую, и тем желал бы принести с своей стороны русскому собакозаводству посильную лепту.
Эксперт П. Н. Белоусов.
Если вам нравится этот проект, то по возможности, поддержите финансово. И тогда сможете получить ссылку на книгу «THE IRISH RED SETTER» АВТОР RAYMOND O’DWYER на английском языке в подарок. Условия получения книги на странице “Поддержать блог”
- Следует иметь родословную книгу. Примечание автора. ↩︎
- По правилам очередных выставок Императорского Общества охоты Сарачевская большая серебряная медаль, учрежденная в память покойного И. И. Сарачева, известного охотника и адепта „русской” легавой, выдается согласно постановлению совета от 3 мая 1879 г. лучшей серой кофейно-крапчатой с подпалинами „русской легавой“. ↩︎