“Природа и Охота” 1898.11
(Прежде и теперь)
„Рыбак рыбку пякець, а стралец лапти плятець“.
Белорусская поговорка.
Мой настоящий краткий очерк об охоте и охотниках в Невельском уезде, Витебской губернии, не может, конечно, претендовать на безусловную полноту и точность. Сведения об охоте и охотниках собраны мною отчасти непосредственным личным знакомством с охотами и местными условиями их, отчасти сообщены мне охотниками-крестьянами и местными старожилами. Что касается помещённого здесь перечня промысловых птиц и зверей, водящихся в Невельском уезде, то и он, конечно, не может быть точным и полным (главным образом перечень птиц), так как в него включены те, которые попадались при моих охотничьих экскурсиях и о существовании которых я слышал от других охотников. Я буду очень признателен тем охотникам, которые исправят неточности этого очерка и сделают к нему нужные, по их мнению, дополнения.
Невельский уезд расположен в северо-восточной части Витебской губернии. Из Псковской губернии сюда входит плоская возвышенность, покрытая целою сетью озер и болот. Эта возвышенность образует водораздел между бассейнами рек Западной Двины и Ильменя. Возвышенность, пересекающая большую Полоцкую дорогу (между городами Невелем и Полоцком) у деревни Дудки Стаецкой волости разделяет бассейны рек Западной Двины и Ловати; по одну сторону этой возвышенности находится р. Эменка, приток Ловати, по другую Дрисса, Уща и Ужица, составляющие бассейн Западной Двины. По вычислению Стрельбицкого, озера занимают в Невельском уезде 183 кв. версты. Под болотами считается не менее 40 тысяч десятин (384 кв. версты) Лесу 110.402 десяти; из них казне принадлежит 16.034 д., церквам 438 д., частным владельцам 93.930 десятин Более всего лесов сосновых и еловых, но встречаются также дуб, береза и другие породы.
Невельский уезд нужно отнести к наиболее лесистым местностям Витебской губернии, особенно ту часть его, которая прилегает к Полоцкому и Себежскому уездам, где находятся громадные лесные дачи господ Евреинова, Жуковского, помещицы Хрженовской, а также казенные дачи – Стаецкая и часть Шерстово-Заборской.
Лет 50 и даже 35—30 тому назад Невельский уезд мог считаться богатым разнородною дичью: в обширных болотистых уремах водился лось и дикая коза; в болотистых речках и озерах — выдры и норки, а в тридцатых годах были еще бобры (на р. Уще).
Известно также, что в старину попадался здесь нередко олень, золотистый волк-шакал (loup doré), россомаха и соболь. На озерах безбоязненно плавали лебеди, дикие гуси и утки самых разнообразных пород. Охота подчинялась известным правилам, и дичь была под охраною закона, как видно из устава о волках великого княжества Литовского в 1657 г. Впоследствии сплошная вырубка и уничтожение лесов с одной стороны, а с другой введение правильного лесного хозяйства, а также безвременные и истребительные охоты — явились причинами, как уменьшения дичи, вообще, так и исчезновения некоторых видов совершенно.
С другой стороны, уничтожение после освобождения крестьян и после восстания 1863 года охоты помещичьей повлекло за собой увеличение количества волков. Вред, приносимый ими ежегодно крестьянскому хозяйству, достигает значительной суммы.
И прежде крестьянину приходилось воевать здесь не только с хищником, нападавшим на его стада, но и с другими дикими животными, бывшими помехой в его хозяйстве; не глубоко еще стары те старики, которые рассказывают, как стар и млад вооружались чем ни попало и шли выгонять лосей или «сарн» из ярового поля, как мальчишки, схвативши прутья и палки, бежали выгонять стада тетеревей из овса или гречихи, как приходилось защищать от уток целость прибрежных полей и покосов. В настоящее время, конечно, трудно всему этому верится, если бы не были на лицо живые свидетели этих случаев. Положим, мне приходилось видеть небольшие лужайки среди ярового поля, буквально истоптанные тетеревами, но все это далеко до того, что было прежде.
Все-таки, несмотря на рубку лесов и на истребительную несвоевременную охоту, дичь в Невельском уезде еще есть и местами в очень достаточном количестве. Если учредить правильный надзор за охотою и, вообще, улучшить условия местного охотничьяго хозяйства, то можно смело сказать, что охота здесь может иметь немалое промысловое значение, так как, помимо обычных сельских потребителей: священника, помещика, учителя и писаря, крестьянин здешний, смотря по месту своего жительства, может иметь сбыт дичи или в Витебске, при посредстве невельских городских скупщиков, или в Полоцке, где скупается дичь для Петербурга и для губернского города.
В настоящее время охота промыслового, чисто-профессионального значения здесь не имеет, и примеры охотников-промышленников единичны. Более распространен тип профессиональных рыболовов. Главное занятие крестьянина здесь хлебопашество и, если он берет в руки свою «одиначку» или «двуястволку», то только в воскресенье. Да и то весь охотничий подвиг сводится к тому, что разбивается в дребезги шапка какого-нибудь любителя сильных ощущений. Конечно, есть среди крестьян прекрасные стрелки, есть обладатели сносных охотничьих собак, но они редки. А без собаки какая же охота.
Главным образом крестьяне и мещане держат гончих собак, и это понятно, так как для гончей охоты у крестьянина больше досуга, охота производится уже осенью, когда работы прикончены и можно отправляться на «полеванье» и в будний день. Прежде у крестьян преобладали кремневки, ведшие свое происхождение от «хранцуза»; в настоящее время (лет 20 тому назад) их вытеснили «пистоновки» тульского, а иногда и бельгийского производства. Последние приобретались за бесценок у помещиков, прекращавших охоту, или привозились из Петербурга, Москвы и т. п. Конечно, не всякий так счастлив, что является обладателем такого «ружжа, ружины, стральбы, фузеей, запасины, крамселя», — многие лишены возможности сделаться собственником этого сокровища и принуждены одолжаться у соседа по деревне, а то и дальше. То же нужно сказать и о собаках.
Описание ружья белорусского охотника «полевщика», прекрасно сделано г. Никифоровским, известным исследователем крестьянского житья-бытья белорусского полесья.
Заимствую у него нижеследующие строки, имеющие отношение к этому предмету:
«Цвол» (ствол), часто со случайным замком, вправлялся в самодельную «осаду» (ложа), чуть-чуть напоминающую ружейную; что можно было доделать в местной кузнице (шомпол, банку, ушко), то доделывалось; в противном случае «цвол» прикреплялся к ложе проволокою, надежною бичевкою, пята его и замок подходящими гвоздями, а потерянная или недостававшая дужка (над собачкой) не составляла чего-нибудь существенного и новою не заменялась. Если стволика толстостенная (а такая надежнее), осада толста, есть полные металлические доборы, то охотничье ружье весило 10—15 фунтов, что, при веревочной, даже поясной почепке, немилосердно резало плечо и вызывало неустанное помещение почепки с одного плеча на другое, или же обязывало посменно нести в руках, пока те не замлеют» )1.
Конечно, в последние годы такие ружья становятся уже редкостью, и молодежь приобретает себе тулки, которые стоят очень недорого, при сравнительно приличной работе и отделке.
Остальные охотничьи принадлежности вполне соответствуют ружью.
У всякого «настоящего» охотника (т. е. нужно исключить палил-бездельников и мальчишек в возрасте 14—17 лет) есть всегда при себе и пищик на рябчика или тетерева, и «кули», т. е. пули, если случайно попадет на медведя; другим охотничьим запасом служат, так называемые, «дранкульки», т. е. волчья дробь, которую запасливый мужичок берет на всякий случай, если случится стрелять по «жорову», т. е. журавлю или по другой какой-нибудь большой птице, либо зверю, за неимением пуль.
В последние два-три года начинает проникать в невельскую глушь и дешевая централка в 30—35 р.; по ею обзаводится уже деревенская интеллигенция — писарь, лесной объездчик. Крестьянину она не по карману: дорого стоит разная принадлежность, да и возни много. Охотничьей обувью служат здесь или длинные сапоги, или поршни, т. е. кожаные туфли, причем нога завертывается в холстину и перевязывается шнурками или, по местному, «оборами». Порох и дробь приобретаются или в уездном городе, или в деревне у местного жидка-торговца. Дробь продают в деревнях по 11—12 копеек фунт (работается на заводе в городе Двинске), а порох (Виннера) по 45 к. фунт. Охотничьи сумки и сетки самых разнообразных фасонов и из различных матерьялов, например, — из кожи барсука, лося, козы и даже утки нырка. Для поимки мелких хищников служат западни или так называемые «пастки»; для крупного зверя — лисицы, волка, употребляют самодельные капканы или «зилеза».
Среди крестьян очень часто попадаются замечательные звукоподражатели: волчий вой, заячье ауканье, утиный кряк, тетеревиное «болмотания», глухариная песнь — передаются ими превосходно.
В зимнее время в большом ходу употребление «труцизны», т.-е. отравление зверя стрихнином, преимущественно лисиц (волк не берет отравленного мяса!). Мне лично известен один крестьянин, который каждую зиму добывает таким образом 3—4 лисицы, что дает заработок от 15 — 25 руб. (Как приобретается ими стрихнин — это тайна. Во всяком случае, помощником мужичка здесь является ловкий Янкель или Шмерка, знающий все ходы и выходы.)
Что касается охоты с борзыми, то она здесь не в ходу ни теперь, ни прежде, так как лесистый и болотистый характер местности не дает возможности преследовать зверя так, как это можно в открытых, ровных местах. Помещичья охота в старину состояла, главным образом, из гончих и лягавых собак.
Привожу, насколько возможно, полный список промысловых и хищных птиц, попадающихся в здешнем уезде, а также и встречающихся здесь зверей.
Хищные птицы.
1. Пустельга (Falco tinnunculus, L.). Этот вид встречается довольно часто, особенно в лесах, расположенных около рек и озер. В большом количестве водятся около озера Укрота, Плоского, Ужо и др.
2. Коршун черный (Milvus niger) попадается, сравнительно, редко. После восхода солнца любит подбираться к дворам, чтобы схватить гусенка или цыпленка. Очень вредит дичи.
3. Ястреб тетеревятник (Astur palumbarius, L.) очень распространен.
4. Ястреб перепелятник (Astur nisus, L.) также распространен.
5. Лунь камышевый (Circus aeruginosus) — вид довольно частый. Нигде я не видел таких больших болотных луней, как на реке Уже (Топорская волость, деревни Ольховец и Лаево).
6. Белая сова (Strix nyctea, Pall) — вид очень редкий, но все-таки иногда попадается. Летом 1897 года мне пришлось даже стрелять по белой сове (около деревень Литвиново, Стаец. вол.), но, за дальностью расстояния, неудачно.
7. Филин (Bubo maximus). Один громадный экземпляр убит мною в урочище Реутка (в им. г-жи Хрженовской) 27 июля 1897 г.
8. Ворон (Corvus corax) — вид довольно распространенный. Чудный экземпляр убит мною в 1896 г. около с. Белохвостова Доминиковской волости.
9. Ворона (Corvus cornix).
10. Галка (Corvus monedula, L.).
11. Сорока (Pica leuconota, Brhm.).
12. Ореховка (Nucifraga caryocactes, L.) очень распространена в хвойных лесах.
13. Воробей (Passer domesticus).
Сюда я считаю нужным присоединить и цапель (ardeidae), именно: 14) цаплю серую (Ardea cinerea); по словам исследователя экономического состояния уезда г. Горбачевского, каждая цапля ежедневно съедает до 5 фунтов рыбы, что составляет 150 фунтов в месяц или 3 пуда 30 фунтов.
Если взять для прилета цапель среднее число 5 апреля, а для отлета 5 октября, что составит 6 месяцев, то за это время она истребит 221/» пуда рыбы! Отсюда можно заключить, какой убыток приносят эти прожорливые птицы в тех местах, где они выводятся и живут по преимуществу, например, Иван-Озеро, Плоское, Укрот, Невельское и др.
К истребителям рыбы нужно причислить еще 15) чаек (Larus) — вид довольно распространенный, но не везде, а преимущественно на больших озерах.
Из полезной дичи в Невельском уезде наиболее обыкновенны следующие виды.
I. Птицы. А) лесная дичь.
1. Глухарь (Tetrao urogallus) сохранился преимущественно в больших лесных дачах. Многочисленных токов не бывает. Средним числом для начала тока, для большинства местностей, можно считать 18 марта. К Егорью (23 апр.) ток прекращается. Превосходные токовища имеются в Стаецкой казенной даче (урочища Ямный бор, Беливец, Бобовики, Бришково болото), в даче г-жи Хрженовской (урочища Железница и Реутка), в дачах гг. Жуковского, Евреинова, Клепацкого, Шишко и др.
2. Тетерев косач (Tetrao tetrix, L.) — вид довольно распространенный. Очень многочисленные для этих местностей токовища я видел в двух местах: около д. Кулиги Загорецкие (Стаецкая волость), на озере Неметине, куда вылетало, на потемневший уже лед, до 30 косачей. Другое многочисленное токовище я видел в лесной даче г. Евреинова, носящей название «Паромки»2. Токовать тетерева начинают около Благовещенья; прекращается ток неделю-две спустя после Николина дня (9 мая).
3. Рябчик (Tetrao bonas.) распространен в большом количестве. В некоторых местах поражает своей многочисленностью. Например, Кубецкая волость, затем около деревно Ольховец и Лаево, Топорской волости, в казенных дачах Ивановской и Стаецкой и др. местах.
4. Белая куропатка (Lagopus albus, L.) распространена не везде одинаково. Весной крестьяне много бьют на манку, а поздней осенью с подъезда. Много выводков бывает на Колпинских мхах, вокруг озера Колпина (часть мхов казенная, часть крестьянская и имения Броды).
5. Клинтух (Columba oenas) довольно распространен.
6. Вальдшнеп (Scolopax rusticola, L.), по-местному — «слонка». Тяга обыкновенно начинается в начале апреля и продолжается до мая. Валовой пролет колеблется между 6 и 15 апреля. Превосходные осенние высыпки бывают в дачах г. Шишко (имение Денисы и Терентье Поле), где на ружье можно взять за утро 6—10 штук, что здесь считается очень много. Крестьяне на тяге не охотятся. Вообще дичь эта у них не в чести, и они дивятся, что за такого «зуйка» в Москве просят 2 р. за пару.
Отношу к лесной дичи и 7) дрозда рябинника (Turdus pilaris, L.), который в сентябре очень недурен, и дрозда серого.
В) Болотная дичь.
1. Дупель (Scolopax major, L.) очень распространен, благодаря множеству болот и потных лугов.
2. Бекас (Scolopax gallinago, L.) также очень обыкновенен и многочислен.
3. Гаршнеп (Scolopax gallinula) — наоборот, довольно редок. Встречать приходится только осенью, после Воздвиженья.
4. Журавль серый (Grus cinerea) прилетает вначале апреля, отлетает около 1 сентября. В некоторых местах живет в довольно большом количестве (на мхах, около деревни Заусвеча, принадлежащих гг. Жуковскому и Клепацкому).
Охота на него случайная — на болотах с подхода или в гречихе и горохе — с подхода или подъезда. Хотя С. Т. Аксаков относит журавля к степной или полевой дичи, все-таки он скорее может быть назван болотною.
5. Чибис (Vanellus capella) очень распространен и обыкно венен. Крестьянами считается поганой птицею и не стреляется.
6. Коростель (Crex pratensis).
7. Болотная курочка (Ortygometra forzana).
8. Красноногий кулик (Scolopax calidris).
Я могу утвердительно сказать, как на основании собственного опыта, так и со слов других наблюдателей-охотников, что он здесь не выводится, появляется только в апреле и затем после половины августа, и улетает в начале сентября.
9. То же нужно сказать и о другом кулике болотном (Limosa melanura).
Попадаются и меньшие породы куликов, но их к дичи причислять не стоит и редкий даже стрелок-палила тратит на них заряд.
С) Водяная дичь.
1. Лебедь. Эту красивую птицу можно видеть только ранней весной, когда начинают вскрываться реки и озера, и поздней осенью, во время пролета на юг.
2. Тоже нужно сказать о диких гусях (Anser ferns). Впрочем, последний чаще встречается, чем лебедь (превосходный экземпляр был убит этой весной г. Шильдером на своем поле).
3. Кряковая утка (Anas boschas).
4. Чирок (Anas crecca).
5. Нырок (Fuligula ferina) более редок.
6. Свиязь (А. репеіоре) только пролетом.
7. Серая утка (А. strepera) только пролетом.
8. Лысуха (Fulica atra, L.) часто попадается в глухих озерах и болотных реках (много на р. Уще).
D) К полевой дичи нужно причислить очень распространенную серую куропатку (Perdrix cinerea), перепелку (Coturnix communis) и кроншнепа малого (Numenins phaeopus, L.), последний довольно редок.
Из зверей здесь водятся:
1. Медведь—два вида: Ursus arctos и Ursus formicarius, но довольно редки и больше бывают проходом, весной, в марте, и осенью на овсах. Мне приходилось видеть медведя только раз (Ursus formicarius) в Стаецкой казенной даче, в урочище Бришково болото. Я искал молодых глухарей и увидел издали, как медведь разрывал муравейник. Подойти на выстрел не удалось, так как медведь скоро заметил собаку и скрылся в еловой чаще, громко фыркнув (18 авг. 98 г.)
2. Волк (Canis lupus) распространен и чрезвычайно вредит крестьянам.
Толковых, удачных облав не бывает за отсутствием единодушия в охотниках и опытных руководителей.
3. Лисица (Vulpes vulgaris) водится в некоторых местностях в большом количестве, что отзывается на уменьшении тетеревов и глухарей. Например, в минувшее лето я проходил целый день по известному своими глухариными выводками месту (у деревень Болтенки, Стаец. волости) и нашел массу перьев и глухариных ног, но только двух старых глухарей. Очевидно, там исправно поработали лисицы, так как на одной островине было найдено до двадцати лисьих нор. Зимою лисиц отравляют стрихнином, разбрасывая его по полям и дорогам в кусках мяса.
4. Рысь (Lynx vulgaris, L.) встречается еще довольно часто. Прекрасных два экземпляра были убиты три года тому назад около имении Туричино из-под гончих.
5. Куница (Martes sylvestris) очень редка. Я видел куницу 17 авг. 1897 года около озера Платично, в даче г. Евреинова. Будучи застигнута на земле лягавою собакой, она с быстротою молнии вспрыгнула на громадную осину и, добравшись до половины дерева, скрылась в дупле.
6. Норка (Putorius lutreola) прежде водилась в большом количестве по берегам озер и мелких речек. Теперь встречается, но редко. Охотятся, когда выпадет снег.
7. Речная выдра (Lutra vulgaris) довольно редка стала в последнее десятилетие. Я видел очень красивый экземпляр, убитый мельником на р. Ужице (Топорская волость, около деревни Башмаково) в декабре 1896 г.
8. Барсук (Meles taxus) водится в достаточном количестве в борах. С таксами охотятся только городские охотники. Крестьяне бьют барсуков, подстерегая их выход на добычу после заката солнца.
9. Хорек (Putorius foet.) очень распространен и сильно вредит в хозяйстве. Ловят «пистками», или западнями, куда кладут, преимущественно, свежую рыбу.
10. Заяц русак и беляк (Lepus timidus).
К благородным лесным обитателям нужно причислить очень редкого лося (Alces palmatus) и более частую и обыкновенную дикую козу или, по-местному, «сарну» (Capreolus vulgaris). Лоси бывают проходом из Псковской губернии и из Себежского уезда Витебской губернии; дикие же козы живут во многих местностях постоянно, например, в обширных лесах по реке Язнице, Уще и в казенных дачах.
Очень распространены белки-векши (Sciurus vulgaris). Слышал я и о существовании в некоторых местностях белок-летяг (Pteromys vulgaris), но не имею достаточного основания вполне полагаться на рассказы охотников-крестьян. Весьма желательна точная проверка этого факта. Рассказывавший мне о них крестьянин видел их около села Язно, в смешанном лесу, во время охоты за рябчиками, в сентябре 1895 года.
Из пресмыкающихся, в Невельском уезде очень часто встречаются следующие три вида: 1) обыкновенная гадюка (Vipera berus), 2) медянка (Coronella austriaca) и 3) обыкновенный уж (Tripodonotus natrix).
В последнее время количеств змей очень уменьшилось, так как в каждой почти деревне появились аисты. Кроме того, уменьшению способствует осушка болот и очистка луговин от зарослей и кустов.
В заключение, считаю нужным сказать несколько слов о народных охотничьих приметах и суевериях. Те охотничьи суеверия, о которых говорит г. Никифоровский в своей книге «Очерки простонародного житья-бытья Витебской Белоруссии», остались только в памяти стариков-охотников и совершенно неизвестны более молодому поколению.
Дурным признаком у охотника считается встретить, выходя в поле, бабу или девку, а особенно с ведрами и т. п.; эта примета, имеет, так сказать, общероссийкое распространение. Существуют заговоры и наговоры на ружья, чтобы било лучше или совсем не попадало в цель (Кубецкая волость).
Некоторые охотники верят, что нужно впустить змею в ствол и выстрелить ею, тогда ружье будет бить кучно и не станет живить (дер. Дутчино, Стаецкой волости, и деревни Журавы, Топорской волости).
Но вообще охотник-простолюдин теперь уже старается запастись более хорошим ружьем и посмеивается над старозаветными советами, особенно если такой охотник потерся в Питере или побывал в солдатах. Некоторые, присмотревшись к господскому оружию, мечтают о централках, по крайней мере, об «одиначках, что с пяты заряжаются». Вот как далеко ушла деревня за последние 7—10 лет!
Заключая этот очерк об охоте в Невельском уезде, я должен заметить, что здесь руководство правилами 3-го февр. 1892 г. заставляет желать еще очень и очень многого. Нужно надеяться, что недавно возникшее Витебское Общество правильной охоты приложит необходимое старание к улучшению охотничьего хозяйства в Невельском уезде, который по природным, так сказать, условиям является весьма благоприятным для самых разнообразных охот. Следует думать, что и предполагаемый пересмотр закона об охоте окажет несомненное влияние на упорядочение здесь этого вида спорта.
С.-Петербург. Окт. 1898.
В. Казанский.
Художник Василий Перов
Если вам нравится этот проект, то по возможности, поддержите финансово. И тогда сможете получить ссылку на книгу «THE IRISH RED SETTER» АВТОР RAYMOND O’DWYER на английском языке в подарок. Условия получения книги на странице “Поддержать блог”
- Никифоровский: „Очерки простонародного житья-бытья в Витебской Белоруссии“, стр. 520—521. ↩︎
- Вообще Паромки могут считаться охотничьим эльдорадо. Управляющий, живущий там, говорил мне, что в бурные и снежные осенние дни стаи тетеревей забираются даже под фундамент ледника и других хозяйственных построек. Усадьба окружена лесом, рекой и болотами. Ток тетеревей часто бывает в огороде! ↩︎