“Природа и Охота” 1898.1
За 25-летний период существования, 1872— 1897
б) Отдел гончих.
Рассмотрим теперь, с чем знакомили русских охотников очередные выставки Императорского Общества по отделу гончих.
Начнем с русских гончих.
На первых выставках русских гончих почти не было, так как собаки, выставленные псовыми охотниками, имели значительную примесь английских и имели тип фоксгоунодов. Всего ближе к костромским подходили, выжлец «Голос», выставленный г. Шидловским (Харьковская губерния), но в нем было много польской крови.
Первые стаи гончих, приближающихся к костромским, появились в 1880 г., на 5-йочередной Московской выставке, на которой в первый раз преобладали чёрные с подпалинами и чепрачный, самые типичные для России. Стаи Буцкого, Селиванова и В. А. Шереметева произвели на ней большую сенсацию, особенно две первые, и убедили неверующих и сомневавшихся в существовании костромской породы, что она еще не исчезла и может быть восстановлена почти в первобытной чистоте.
Гончие Буцкого (Орловская губерния) представляли помесь тяжелых польских с костромскими, по уже вполне установившуюся и обладающую постоянными признаками ладов и масти. Это очень нарядные собаки с мясистыми головами и круглыми ушами, короткими и тупыми мордами, круглыми, по очень сухими ногами и лапами, коротким, голошерстым и прямым гоном и черною короткою псовиною без серого подшерстника. Костромская кровь сказалась в желтых подпалинах, в отсутствии шпор и придала им более легкости и элегантности.
Селивановские гончие — с менее яркими подпалинами, почти все белогрудые и с загривинами1, с сильно развитою грудью, коренастого сложения, с сухими и короткоухими головами. Польская кровь обнаружилась в кругловатых головах и несколько коротких и толстых мордах, круглом обрезе ушей и отсутствии подшерстка. Один смычок2 (из пяти) — «Соловей и «Докука» имели сходство с русской пешей гончей, именно: чрезвычайною крутогонностью3, особенною псовиною на гонах4, треугольною формою головы и своеобразным, несколько узким и косым, разрезом глаз.
Гончие В. Шереметева отличались замечательно типичными для костромских головами, но выражение у них было не острое, как у костромичей, не злое и огненное, как у английских, а угрюмое и апатичное, как у тяжелых польских. Ладами же они много уступали предыдущим.
На следующей (7-й) очередной выставке в 1881 г. отдел русских гончих был представлен еще лучше — стаями Харитова и Н. В. Мажарова. Стая, Харитова (подружейная) состояла почти из чистых костромичей, более породистых, чем собаки Буцкого и Селиванова. Много портила их внешность оригинальная — темно-бурая (не кофейная) масть, несвойственная костромичам, у которых типичный окрас—голубой или черный в просерь5; ребра у них, однако, не спускались до локотков или ниже, псовина хотя была густая с подшерстком, но ость на спине и шее мягкая (должна быть груба) и головы недостаточно типичные. Никакой примеси в них, однако, не замечалось и, вероятно, это были выродившиеся чистокровные костромичи. Сами по себе гончие Харитова были недурно сложены и хорошего роста.
Гончия Н. В. Мажарова (Калужская губерния) представляли костромских с большою примесью английских, сказавшеюся главным образом в масти. Головы у них были довольно сходны с головами костромских, уши подлинны; собаки постоянно держали их заложенными к шее. Собаки эти были сильно сложены, широки, длинны и толстоноги, отчего казались небольшими и сырыми. Масть кауро6-пегая, подпалин почти незаметно было, отчего они много проигрывали. Позднее И. В. Мажаров прибавили, к своим собаками, начавшим вырождаться, кровь Селивановских, которые хотя и имели подмесь польских, но типом были ближе к костромским, чем Можаровские гончия.
Из гончих прочих московских выставок 80-х годов особенного внимания заслуживали гончие И. А. Бурцева (Владимирская губерния), Ф. А. Свечина и Столыпина.
Гончие Бурцева ведутся давно, несколько десятков лет, и отличаются оригинальною мастью: они почти белые с незначительными черными отметинами и в ярко-желтых подпалинах. Роста среднего, широкие, с хорошими бочковатыми и спущенными ребрами, с очень правильными, мускулистыми и вместе с тем сухими ногами.
Гончие Ф. А. Свечина происходили от подаренного Ауербахом смычка Павловских гончих («Набата» и «Зажиги»), содержавших большую примесь старинных русских. Собаки Свечина отличались злобностью, силою и паратостью7 и пользовались широкою известностью в Тульской и смежных губерниях. Впоследствии Ф. А. подмешал кровь гончих Буцкого. После смерти Свечина собаки его рассеялись, но кровь их сохраняется до сих пор в гончих и, Д. Д. Осиповского.
Столыпинские гончие представляли более или менее типичных костромичей, а некоторые Столыпинские собаки даже оказались едва ли не лучшими представителями породы («Добывай»). Большинство Столыпинских гончих имели, однако, вялую мускулатуру и слабые лапы, что, впрочем, происходило, вероятно, от плохой выкормки. Недостатки эти в наибольшей степени были выражены в стае Н. П. Малютина, происходившей от собак Столыпина, и в общем весьма однотипной, правильной и нарядной.
Столыпинские гончие в настоящее время вошли в состав большинства псовых стай нового образования и русского типа. Кровь этих собак имеется в значительной части в стаях Его Императорского Высочества Великого Князя Петра Николаевича и П. Н. Белоусова.
В 90-х годах наиболее типичные костромичи выставляются преимущественно ружейными охотниками. Особенного внимания заслуживают собаки Н. П. Кишенского и К. В. Мошнина, родственные между собою, а в последние годы гончие П. Н. Белоусова, Столыпинских собак.
Гончие К. В. Мошнина происходят от костромских гончих Баньковского, а в 80-х годах к ним была прибавлена кровь гончих породы Кишенского. «Сказка», бывшая на XIV выставке (московской), происходила от последних собак, по породе костромская, с примесью старинных русских гончих. Это была среднего роста выжловка, правильных ладов, серой масти, в больших бледных подпалинах, почти чепрачная, с белыми лапами и белым кончиком, гона. «Узнай» и «Голос» XVII очередной выставки, от «Сказки» и «Кабана» Кишенского, были очень породистые собаки с типичными головами (у «Узная» порочные спина и ноги), без всяких признаков прилобистости8, с приподнятым затылком, длинной красивой мордой и выдающимися, широко раскрытыми ноздрями. Уши треугольником, без подпорок, но недостаточно короткие. Масти одной из самых типичных — серой в грязновато-желтых, очень больших подпалах. Глаза большие и строгие, серьезные. Белогрудые, с загривиной, белоногие и с белыми концами гонов.
Гончия Н. П. Кашкарова из Рязани происходят от выжлеца Левашова, костромского или скорее помеси костромского со старинной русской гончей, и от арлекино-костромской выжловки «Галки» породы Кишенского. Гончие Левашова в свое время пользовались большою известностью и отличались замечательными полевыми качествами. Выставленный помет указанных собак доктором Кашкаровым, по типичности и правильности своей, обратил на себя всеобщее внимание. Лучшие собаки г. Кашкарова «Соловей» и «Чайка» перешли к г. Де-Пельпору, которым была, выставлена от них хорошая однотипная стая русских гончих.
Гончие «русские» П. Н. Белоусова считаются в среде охотников выдающимися гонцами, а за красоту и типичный вид они были много раз премированы и в отдельности, и в стае. За смычек однотипных русских гончих — «Добывая» и »Турилу» — Белоусов имеет золотой жетон и приз Русского Охотничьего Клуба. На очередных выставках Императорского Общества Правильной Охоты первые гончие его появились в 1887 году, и на XX выставке была им представлена уже целая стая, причем эксперты присудили за однотипность и прекрасный вид стаи большую серебряную медаль, а в отдельности из 10 подвергавшихся экспертизе, гончих: «Добываю», «Будиле», «Зажигаю» и «Зажиге» — по большой серебребряной медали; «Говорушке» и «Чайке» — по малой серебри медали, «Шутиле» и «Рыдале» — по бронзовой медали. Кроме того, «Добывай» на этой же выставке еще получил звание «чемпиона» и золотой жетон, а «Зажига» — приз Русского Охотничьего Клуба — золотой жетон «за лучшую русскую гончую». На XXII очередной выставке. «Зажигаю» присужден приз Русского Охотничьего Клуба —золотой жетон: «за лучшую русскую гончую» и признан «Зажигай» достойным звания «чемпиона» — золотой жетон. Нa XXIII выставке приз Русского Охотничьего Клуба золотой жетон: «за лучшую русскую гончую» был выдан «Зажиге».
По мнению лиц, бывавших на охотах с гончими Белоусова, как «Зажигая», так и «Зажигу» надо считать выдающимися красногонами9.
Ввиду интереса, с которым за последнее время относятся охотники к этим гончим, считаем возможными сообщить здесь, что установившаяся порода «русских» гончих г. Белоусова произошла, главным образом от лучших производителей, разумно подобранных из выдающихся современных стай разных владельцев: от Н. В. Мажарова: «Шумило» и «Забава»; от М. В. Столыпина: «Добывай»,«Помыкай», «Помычка», «Бубен» и «Будило»; от Ф. А. Свечина: «Соловей», «Иволга», «Орало»,«Доборка». (Кстати, «Брызгалу», подаренного г. Белоусову Ѳ. А. Свечиным, в породу пустить оказалось невозможным, ибо, по уверению Ф. А. Свечина, в этой гончей была примесь брудастой, и действительно, в 2-х пробных пометах от 2-х разных выжловок известных пород, выкинулись от «Брызгалы» 3 щенка с заметною брудастосью. По окончании XV очередной выставки П. Н. согласился, по просьбе Н. П. Кшенского, повязать этого «Брызгалу» с выжловкой «Ворожейкой», за что и получил он от г. Кишенского условленных из этого помета 2-х выжловок, из которых вышли вполне неудачные гончие: одна вовсе не гоняла, а другая гоняла плохо и была редкоскала10, так что их пришлось тогда же уничтожить. Вообще надо заметить, что в типичных гончих П. Н. Белоусова вовсе нет примеси собак г. Кишенского); из стаи П. Ф. Дурасова были куплены: «Хохот» и «Звонишка» ; у И. А. Бурцева: «Колотило» и «Помчишка»; у А. М. Демина: «Соловей» и «Чечетка»; у Н. П. Кашкарова: «Турило», «Грохот» и «Затейка», от «Штурма» собак г. Левашова.
У Е. Е. Де-Пельпор куплена: «Чайка» со щенками от «Соловья».
«Соловей» и «Чайка» — родоначальники стай, премированных на двух (XVII и XVI11) очередных выставках в Москве. Потомки Чайки и Соловья» вообще гоняли хорошо, но волков не брали и за это отсутствие злобности в породу гончих Белоусовым введены не были.
От А. Д. Бибикова: «Водило», «Мурашка», «Докучай II» и «Рыдало», «Докучай II» происходит от «Докучая I» г. Коншина и «Добычки», что от «Шумилы» собак А. В. Кареева и «Арфы» г. Арапова. «Рыдало» сын «Докучая II» и «Румянки», дочери «Арфы», собаки г. Арапова, и «Шумилы» Ф. А. Свечина.
В 1874 году был пожалован Его Императорским Высочеством Великим Князем Николаем Николаевичем П. Н. Белоусову чудный гонец «Хайло» собак И. А. Папчулидзева. Дети этого «Хайло»и «Зажиги» (премированной на XX и ХХIII очередных выставках), осенью 1897 г. замечательно гоняли и к волку оказались выдающейся злобности.
В качестве экспонента на выставках Императорского Общества Правильной Охоты П. Н. Белоусов участвует с 1887 г.
Стаи Его Императорского Величества Великого Князя Николая Николаевича и Петра Николаевича и Принца Ольденбургскаго состоят, главным образом, из гончих П. Ф. Дурасова, весьма типичных как русских собак, гончих Столыпина и покойного Свечина, и Папчулидзева. Благодаря строгому подбору и размерам стаи, она доведена до совершенства по подбору и однотипности и является в настоящее время образцовою стаей русского типа для псовой охоты.
Все они одной, очень нарядной, серо-багряной масти в разных оттенках. Это типичные русские гончие. Крупные, сухие, широкие, могучие, с прекрасными ладами и еще более прекрасным типом. Таких выжлецев, как «Волнуй», «Водило», «Шумило» (последние два — одной осени), «Шатало»,«Скрипач», и выжловок, как «Найда» и «Румянка», приходится встречать не часто. Многие из гончих этой стаи награждены большими и малыми серебряными медалями, а стая (из 10 лучших собак), как получившая общий балл свыше 36 и вполне, однотипная, награждена (XXII выставка) золотою медалью.
Гончие С. А. Баньковскаго, выставленные в Москве, происходят от «Варилы», костромского выжлеца брата владельца, перекупленного у Назимова, и двух англо-русских и полупольских сук г. Тумановскаго.
На выставке Тамбовского отдела Императорского Общества охоты (1891 г.) обращали на себя внимание гончие Н. П. Траковского, происходившие, главным образом, от известных Жихаревских. По описанию, это были собаки с довольно сухою мордой, губами без брылей; с ушами, поставленными относительно высоко, средней величины, спущенные треугольником; выразительным, большим на выкате, темно-коричневым глазом; толстою шеей; широкою грудью, совершенно прямою спиной, бочковатыми, низко спущенными ребрами, на довольно толстых, по сухих ногах с развитыми черными мясами, до 14 вершков; гон серповидный с подпушкой, шерсть с подшерстком, цвет муругий11(?) в подпалах, некоторые шерстинки (особенно на спине) отливают чернотой; общий вид дикий, напоминающий волка. Гончие эти известны всем тамбовскими охотниками по злобности, добывчивости, паратости12 и настойчивости; они имеют прекрасный залив, полазисты13 и хорошо гонять по красному зверю (по лисе и волку).
На Киевской выставке собаки 1893 года была также очень замечательная и однотипная стая костромских гончих князя Паскевича (кажется, Минской губ.), получившая золотую медаль. Это были рослые (около 14 вершков), сухие, замечательно костистые собаки, чёрные с довольно яркими подпалинами, большинство (?) с серым подшерстком; ребра достаточно глубоки и очень широки, крестец очень широкий и сильный, ноги сухие, костистые и довольно низкие; собаки хотя и длинны, но не растянуты. Голова и уши типичны для костромских, гон не круто загнут, шерстист и вся собака тепло одета. Судя по масти и бочковатости ребер, в них должна быть сильная примесь тяжелых польских гончих.
Нa IV Московской очередной выставке, именно в 1879 году, были показаны гончие, очень близко подходящие к Старинной русской гончей породе, именно гончие (2 смычка) Д. Мажарова из Тамбовской губернии, выставленные за костромских. Это были очень рослые собаки, могучего сложения, головы которых с отвисшими брылями и веками (особенно у выжлеца «Волтара»). Нa V напоминали старинную русскую породу гончие Столыпина. Показанные на IX в. гончие Ф. Л. Свечина, происходившие от Павловских, складом головы и в особенности взглядом имели также сходство. Основанием стая А. И. Полторацкого служили тоже старинные русские гончие.
Из англо-русских гончих на выставках показывались так называемые Глебовские и Березниковские гончие, которые представляют особые разновидности с довольно резкими признаками. Гончие П. И. Раевского (тоже Глебовские) перешли к Норову, который, впустив только раз свежую английскую кровь, подарил собак Д. П. Вальцову. После смерти С. М. Глебова (в конце 70-х годов) гончие его перешли к В. П. и М. П. Глебовым, частью к Н. Н. Бибикову.
От знаменитых Глебовских гончих происходят многие стаи современных псовых охотников: В. П. Глебова, Н. Н. Бибикова, Н. А. Хомякова, Д. С. Сипягина, Д. П. Вальцова и другие. Гончие всех этих владельцев появлялись на Московских выставках.
Гончие В. П. Глебова, происходящие от выписной английской выжловки «Бетси» и полу-английского выжлеца «Палилы», старинной Глебовской породы, выставлялись на XIII и XIV Московских выставках.
Они весьма однотипны и все, замечательно ладны и широки. Другая разновидность англо-русских гончих, также пользовавшаяся немалою известностью, хотя и меньшею, чем Глебовская, принадлежала помещику Калужской губернии Храповицкому (на XV в.) Очень близки (?) к ним были, по-видимому, собаки И. М. Смирнова и П. Березникова; гончие Челищевых тоже происходят от Смирновских, все они показывались на очередных выставках конца семидесятых годов. В конце 70-х годов Березников подвел всю свою стаю Государю Императору, покойному Александру II-му. Кровь этих гончих до сих пор сохранилась в Гатчинской охоте, хотя арлекинов уже давно не бывает и почти все гончие Императорской охоты — чёрно-пегие (?). В настоящее время они могут быть названы почти английскими, и стая по подбору и красоте, считается одной из лучших англо-русских стай и, кажется, самою многочисленною (60 собак по штату). В стае, показанной на VII очередной выставке в Москве (1881), преобладали кровные фоксгоунды, чрезвычайно борзоватого склада; в англо-русских же собаках (Березниковских) видна была правильная помесь двух чистокровных пород—английской и костромской.
Чистокровных английских гончих на русских выставках было мало. Лучшим представителем породы фоксгоундов был «Нерио» Рошфора на 1-йочередной выставке 1875 года; за ним следуют гончие Императорской охоты, уже чересчур борзоватые, на VII выставке. На IX очередной выставке в Москве были показаны г. Богачевым 3 смычка фоксгоундов совсем особого типа. Все собаки среднего роста, приземисты, широки, как бульдоги, уши их подрезаны по английскому обычаю, но, по-видимому, довольно длинны, 5 собак темно-багряной масти с большими белыми отметинами, а одна выжловка пегая. Смычок Чеботарева на XVII Московской выставке происходил от Богачевских гончих. ƒƒƒ
Гончие арлекины были выставлены на выставках только один раз, на VIII выставке в стае г. Соловцова из Пензенской губернии в количестве 10 смычков.
Несомненно, польских и курляндских, гончих, за исключением немногих довольно типичных представителей польских тяжелых, на очередных выставках не выставлялось.
Брудастые гончие были показаны на 1-й Московской(1875) П. В. Бахметьевым (Московской губ.). Это был довольно типичный смычок русских брудастых. Затем на выставке 1883 г. М. С. Сухотин (Орловская губерния) выставил 2 смычка. Типичнее других был «Спевак» — серый, в небольших и неярких подпалинах. Другие два выжлеца были чепрачной масти, огромного роста, по головы у них были продолговаты, усы и борода—жидки; выжловка мелка и тоже очевидно нечистокровна.
Олеография “Прорвался” “Природа и Охота” 1882.9
Если вам нравится этот проект, то по возможности, поддержите финансово. И тогда сможете получить ссылку на книгу «THE IRISH RED SETTER» АВТОР RAYMOND O’DWYER на английском языке в подарок. Условия получения книги на странице “Поддержать блог”
- Загривина – шерсть вокруг шеи, более длинная, чем участках тела (у гончих).(адм.) ↩︎
- Смычок – пара гончих (кобель и сука) (адм.) ↩︎
- Крутогонность – задранный вверх хвост (адм.) ↩︎
- Гон -хвост гончей (адм.) ↩︎
- Черный в просерь – «черный гончий окрас», по черному фону равномерно разбросано некоторое количество серых волос (чалость). ↩︎
- Каурая масть (масть дикой лошади) – рыжая, верх шеи, хвост, запястья и скакательные суставы темнее общего окраса, обязателен буро-рыжий ремень вдоль спины.(адм.) ↩︎
- Паратость – скорость хода. (адм.) ↩︎
- Прилобистость (недостаток) – излишне глубокий и резкий переход от лба к морде (стоп) ↩︎
- Красногон – собаки, которые гонят лису и волка. ↩︎
- Редкоскал — гончая, отдающая на гону голос редко, с перерывами. ↩︎
- Муругий окрас – (вероятно, от ст.-слав. morogъ — тёмный, полосатый) — окрас псовины борзых собак, красный или красно-половый с чёрными концами волос, перемежающихся с чёрными волосами.
Незнакомый Николаю, муругий молодой длинный кобель чужой своры стремительно подлетел спереди к волку.
(Л. Н. Толстой. Война и мир.) (Толково-этимологический словарь псовой охоты авт. Бедель Валерий Владимирович) ↩︎ - Паратость гончей — это быстрота, с которой собака преследует зверя во время гона ↩︎
- Полазистость — умение собаки обнаруживать зверя.(Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907. ↩︎